В 1964 году Верховный суд США в деле New York Times Co. против Салливана ужесточил требования к государственным служащим в части доказательства того, что они подверглись клевете со стороны новостных организаций при исполнении служебных обязанностей.
В эпохальном решении от 30 марта 1964 года Верховный суд США кардинально изменил ландшафт американской журналистики и защиту свободы слова, вынеся решение по делу New York Times Co. против Салливана. Это ключевое дело возникло в период, отмеченный борьбой за гражданские права и усилением контроля за государственными служащими. В основе дела лежала реклама, опубликованная в The New York Times, в которой критиковались действия правоохранительных органов против демонстрантов за гражданские права в Монтгомери, штат Алабама. Л. Б. Салливан, городской комиссар по общественной безопасности, утверждал, что реклама содержала ложные утверждения, порочащие его лично, и требовал возмещения ущерба.↵↵Верховный суд единогласно вынес решение в пользу The New York Times, создав прецедент, согласно которому государственные служащие должны доказать «реальный злой умысел», чтобы выиграть дело о клевете против новостных организаций. Это определение реального злого умысла требовало доказательств того, что издатель действовал, зная о ложности информации или с безрассудным пренебрежением к истине. Это решение эффективно защитило журналистов от финансово парализующих судебных исков, которые могли бы помешать им расследовать и освещать действия государственных должностных лиц.↵↵Судья Уильям Бреннан, писавший для Суда, подчеркнул жизненно важную роль свободного и открытого обсуждения в демократическом обществе, утверждая, что активные дебаты по общественным вопросам имеют важное значение для функционирования демократии. Это решение ознаменовало собой значительный сдвиг в балансе между правами отдельных лиц и правами прессы, усилив важность свободной прессы как средства сдерживания власти. С тех пор это решение стало краеугольным камнем в юриспруденции Первой поправки, определяя способ работы СМИ и обеспечивая сохранение гражданских свобод на фоне продолжающихся дебатов вокруг дезинформации и ответственности в репортажах.