В 1932 году Чарльз А. Линдберг-младший, 20-месячный сын Чарльза и Энн Линдберг, был похищен из семейного дома недалеко от Хоупвелла, штат Нью-Джерси. (Останки, идентифицированные как останки ребенка, были найдены в мае следующего года.)
марта 1932 года страну охватило шокирующее преступление: Чарльз А. Линдберг-младший, 20-месячный сын знаменитого летчика Чарльза Линдберга и его жены Энн, был похищен из семейного дома в Хоупвелле, штат Нью-Джерси. Мальчик, который был гордостью своих родителей и символом необыкновенной жизни Линдбергов, был похищен в том, что вскоре назовут «преступлением века».↵↵Пара только что обосновалась в своем доме, ища утешения вдали от глаз общественности после своего стремительного взлета к славе после исторического трансатлантического перелета Линдберга в 1927 году. В ту роковую ночь ребенка уложили спать в детской, и всего несколько часов спустя произошло зловещее деяние. Когда Чарльз и Энн проснулись, они обнаружили записку с требованием выкупа, в которой требовалась ошеломляющая сумма в 50 000 долларов за благополучное возвращение их сына. Паника и страх охватили семью, и вскоре новость распространилась, вызвав ажиотаж в СМИ.↵↵Несмотря на обширные поиски и неустанные усилия местных властей, Линдберги столкнулись с мучительным ожиданием возвращения своего сына. К сожалению, по мере того, как дни превращались в недели, надежда угасала. В мае 1932 года произошло немыслимое: останки Чарльза-младшего были обнаружены в лесистой местности недалеко от дома семьи. Идентификация подтвердила худшие опасения родителей и страны, которая внимательно следила за этой историей.↵↵Трагедия не только разрушила семью Линдбергов, но и вызвала широкое возмущение и общенациональный разговор о преступности и безопасности. Последующий суд над Бруно Гауптманом, человеком, обвиняемым в похищении, еще больше захватил общественность, подчеркнув глубокую общественную напряженность и навсегда ознаменовав темную главу в американской истории. Наследие этого душераздирающего события продолжает вызывать резонанс, являясь горьким напоминанием о хрупкости невинности и глубочайшем воздействии утраты.